Category: литература

Edith Head - The Book

EDITH HEAD
Авторы: Изабелла Альстон (Isabella Alston), Кэтрин Диксон ( Kathryn Dixon), TAJ Books, 2014

Эдит Хэд, вероятно, самый знаменитый художник по костюмам в истории кинематографа. За всю свою продолжительную карьеру - с начала 1930-х до конца 1970-х - Эдит "одевала" звёзд для более чем 500 фильмов. Из 35 номинаций "за лучший дизайн костюмов" на премию "Оскар" она выиграла 8 (приблизиться к такому потрясающему результату смогла лишь художник по костюмам Ирен Шарафф - 15 номинаций и 5 побед). Одри Хепберн, Грейс Келли, Натали Вуд, Люсиль Болл, Барбара Стэнвик, Мэй Вест, Элизабет Тейлор, Дорис Дэй и Кэтрин Хепберн - лишь немногие из огромного списка актрис, с которыми работала Хэд. А свой последний "Оскар" в 1974 году Эдит завоевала за картину "Афера" (The Sting, 1973), где мужской дуэт Роберта Редфорда и Пола Ньюмана выглядел превосходно не только в плане актерской игры, но и - благодаря Хэд - покорял сердца своей элегантностью. Палитра её стиля простиралась от экзотических, исторических костюмов в фильмах "Самсон и Далила" и "Десять заповедей" до классических, вневременных творений для "Поймать вора", "Римские каникулы", "Птицы". Книга включает в себя избранные работы - эскизы и фото - Эдит Хэд.




 


 

Collapse )

Fashion Memoir: Chanel

"Я, любящая женщину, хочу подарить ей одежду, в которой она могла бы водить машину и быть подчеркнуто женственной; одежду из ткани, которая бы мягко ниспадала, очерчивая формы тела. Женщина должна казаться обнаженной, даже когда она хорошо одета." - Габриэль "Коко" Шанель




"Мода живет не только в платьях, мода витает в воздухе, её приносит ветер, мы предчувствуем её, дышим ею, она в небе и на дороге, она неотделима от идей, нравов, событий".


"Я не люблю, когда говорят о моде Шанель. Шанель - это прежде всего стиль. Мода может выйти из моды, а стиль - никогда".



Collapse )

Гений места с Петром Вайлем

Гений места с Петром Вайлем
Документальный цикл (Россия, 2005), 23 серии.
Автор и ведущий Пётр Вайль.
Режиссер Екатерина Вещева.
Оператор Павел Трубников.

«Связь человека с местом его обитания – загадочна, но очевидна. Ведает ею genius loci, гений места, связывающий интеллектуальные, духовные, эмоциональные явления с их материальной средой. Для человека нового времени главные точки приложения и проявляения культурных сил – города. Их облик определяется гением места, и представление об этом – сугубо субъективно… ». Так начинается книга «Гений места» известного писателя, журналиста и путешественника Петра Вайля.







По словам Петра Вайля, когда ему предложили превратить книгу в телесериал, он сначала растерялся и даже испугался. «То, что уже вышло в свет — отрывается от тебя и существует само по себе: ему до тебя нет дела, да и тебе до него, - размышлял Вайль. – Мне никогда не хотелось перечитывать своих уже напечатанных книг. А тут предлагалось на основе книги о разных городах мира, воспринятых через разные культурные фигуры, создать цикл получасовых телепередач. То есть все начать сначала — проехать по тем же местам, воскрешая забытые уже чувства и мысли. Короче, пресловутая река, в которую надо вступить еще раз, что, как учат мудрые древние, невозможно. Это и вызвало растерянность, а напугала перспектива превращать слова в картинки. В книге мне было интересно рассуждать о том, как голландский художник Питер де Хоох всю жизнь соперничал с Вермеером, что произошло с ним, когда он из Дельфта перебрался в Амстердам, и почему в маленькой Голландии XVII века мог быть такой грандиозный перепад: в часе езды от провинциальной патриархальности — космополитическая всемирность. Но как все это показать через три с половиной столетия? Города меняются по-разному. В современных Афинах можно выловить острова античности с подлинным ощущением двадцатипятивековой старины и поместить туда комедии древнегреческого драматурга Аристофана. Но в нынешнем Мадриде, по сути, ничего не осталось от тех времен, когда в новую тогда столицу Испании переехал двор, и здесь работал назначенный в 1623 году придворным живописцем Диего Веласкес. Поэтому "Гений места" мы снимали скорее "по мотивам" книги — иначе и быть не могло. Во время съемок я вдруг понял, что это только кажется, будто ты был тут и раньше, в ту самую реку вступаешь и вступаешь многократно, радостно понимая, как меняется все вокруг, и ты вместе с окружающим: все знакомо, но все заново, сначала. Двадцать три города мира: Европа, Азия, Северная и Южная Америка. И главное — сколько можно узнать: нет, не о мире, а о себе, путешествуя вокруг света».

Collapse )

Ушел из жизни Пётр Вайль

В Праге на 61-м году жизни скончался известный литератор, журналист, главный редактор Русской службы радио "Свобода" Пётр Вайль.

"Пётр Вайль удивительно чувствовал слово, очень любил жизнь, был замечательным путешественником и кулинаром", - сказала аналитик и телеобозреватель радиостанции "Свобода" Анна Качкаева.

"Для многих Петя символизировал современную русскую словесность. А для меня он был, прежде всего, другом, коллегой, с которым мы проработали 15 лет. И еще он был образцом умного, толкового начальника. Он удивительно чувствовал слово и приучал нас получать удовольствие, говоря на хорошем русском языке", - сказала Качкаева.

О начале своей карьеры Вайль вспоминал с улыбкой: "Кроме восьмистиший на день рождения друзей, я не писал ничего вплоть до двадцати пяти лет, когда тоже совершенно случайно, работая пожарным, получил приглашение приятеля-журналиста поработать в рижской газете “Советская молодежь”. Там я впервые начал писать, параллельно обучаясь в Московском полиграфическом институте, на заочном отделении. А в юности меня интересовали только развлечения — больше ничего".

В интервью 2006 года Пётр Вайль говорил о себе: "Я себя сейчас чувствую на двадцать восемь. Как раз в этом возрасте, когда есть легкость на подъем, способность к легкомыслию, с одной стороны, и в то же время зарождающаяся ответственность за собственные поступки, я и уехал из страны. Эмигрировав, поставил себя в ситуацию, когда все надо было решать самому, и это был, конечно, важнейший момент в моей жизни".

"В жизни так случается, что всем любимым, будь это чтение или страстный роман, человек "занимается" неосознанно, - говорил Петр Вайль. - И в какой-то момент наступает период рефлексии, когда он вдруг задумывается: а зачем? Для чего я это делаю? Зачем путешествую? - спросил себя однажды. Я склонен ко всевозможным удовольствиям. Самоограничение - слово не из моего словаря. Меня никогда не привлекало самопознание через аскетизм или изнурительную медитацию. И вдруг до меня дошло... Путешествие и есть отличный, простой, доступный, а главное - увлекательный путь к себе. Ведь, приезжая в различные места, ты смотришь не только на них, но и видишь себя самого. Переносишь себя в иные декорации, в иной антураж и фиксируешь по-новому. Для всякого человека, повидавшего мир, абсолютно очевидно, что в Париже он не такой, как в Токио, а в Буэнос-Айресе совсем другой, нежели в Нью-Йорке.

Collapse )

Эссе Зигфрида Кракауэра о Грете Гарбо

"Если считаться с мнением, что в облике человека выражается его глубинная сущность, то подобная, не поддающаяся определению красота может быть признаком лишь одного из двух образов жизни. Возможно, она свидетельствует об абсолютной внутренней пустоте, то есть олицетворяет бытие без содержания, чисто внешнюю гармоничность, за которой ничто не скрывается. Красота и глупость зачастую сочетаются. Другой вариант происхождения подобной красоты — внутренняя насыщенность, полнота натуры. Именно этот вариант подходит к Гарбо. Ее игра доказывает, что красота ее берет истоки не во внутренней пустоте, а в богатстве личности." - Зигфрид Кракауэр

Annex - Garbo, Greta_NRFPT_05

Annex - Garbo, Greta (Mysterious Lady, The)_03

Collapse )

Трумен Капоте: гадкий утенок

Сияние славы и богатства, высшее общество - всё это было для писателя Трумена Капоте горьким и желанным медом, и не зря о его жизни говорят: "печальный перечень побед". Его музы, светские красавицы, которых он называл своими "лебедушками", помогли гадкому утенку вознестись на небеса. Чтобы потом сбросить его на землю.

Photobucket 

Photobucket

  
       

Collapse )

Колетт: театральный роман

Эта женщина меньше всего напоминает маститого классика литературы, но именно ей из всех француженок, бравших когда-либо в руки перо, отведено это почетное место. В компании со знаменитыми подругами по ремеслу — Маргаритой Наваррской, Мари Мадлен де Лафайет, госпожами де Сталь и Жорж Санд, Сидони-Габриэль Колетт уверенно лидирует. Ее романы, захватившие читателя на заре XX века, по сей день оставляют его все в том же плену. И это неудивительно: Сидони Колетт удалось невероятно трудное — писать не по-писательски. Этот ее редчайший дар отмечал старейшина французской литературы Ролан Доржалес: «К счастью для читателя, Колетт рано поняла, что высшая изысканность в простоте».

Photobucket

Photobucket

«Не принадлежав ни одной из литературных школ, сбежав от них, как сбегают из школы ребята, она всем этим школам утерла нос», — писал о Сидони Колетт Жан Кокто. Кажется, самым легким из всего, чем она занималась в своей жизни, оказалось именно писательство. Однажды Колетт воскликнула: «Какая у меня была прекрасная жизнь! Жаль только, что я не поняла этого раньше». Представим ее совсем молоденькой, чтобы стали ясны истоки этого ее непонимания.

Collapse )

Анаис Нин: стальная колибри, созданная для славы

В 30-е годы она покорила Париж, стала идолом молодежи 60-х и сумела шокировать привыкшую уже, кажется, ко всему публику 80-х, так и оставшись при этом одной из самых загадочных женщин XX века.

Photobucket

Роль женщин в интеллектуальной моде ничуть не меньше, чем в моде haute couture. И хотя имена хозяек светских салонов XVIII и XIX веков не столь на слуху, как имена их великих современников, без этих женщин не было бы ни Просвещения, ни Классицизма, ни Романтизма. XX столетие тоже имеет своих героинь, столь же чарующих и талантливых, как и их предшественницы, и, так же, как они, оставивших больший след в сердцах, нежели на бумаге. Иногда – художницы, иногда – писательницы, но прежде всего – женщины, они сменили салоны и гостиные прошлых веков на модные кафе и студии художников, где творили свою моду, которую вслед за их возлюбленными подхватывал весь мир.

Collapse )